«ВЕЗДЕ И ВСЮДУ МЫ ИЩЕМ ДРУЗЕЙ». Литобоз НИАТ «Ховар» рассказывает о малоизвестных фактах из жизни Мирзо Турсунзаде

ДУШАНБЕ, 03.03.2021 /НИАТ «Ховар»/. 2 мая текущего года исполнится 110 лет со дня рождения Героя Таджикистана, Народного поэта Таджикистана Мирзо Турсунзаде, тридцать один год возглавлявшего Союз писателей нашей республики и много лет Советский комитет защиты мира. В связи с этим Президент страны, Лидер нации уважаемый Эмомали Рахмон дал указание широко освещать страницы плодотворной жизни и многогранное творчество классика, пронизанное идеями мира, дружбы и братства народов планеты. Ниже мы публикуем заметки литературного обозревателя НИАТ «Ховар» Мансура СУРУША о малоизвестных фактах из жизни выдающегося и любимого народом словотворца.

ОСТРОУМНЫЙ ОТВЕТ

Рахбар Саидовна Эшонходжаева, занимавшаяся с нами, студентами-первокурсниками, по русскому языку, однажды, не помню теперь уже по какому поводу, рассказала шутливый, но в то же время такой поучительный эпизод из жизни незабвенного Мирзо Турсунзаде.

Когда вышла очередная, вызвавшая много шумных откликов, книга поэта, на её презентации в университете один из читателей, обращаясь к автору, не преминул отметить:

— Теперь-то Вы точно попали в историю, устод.

— Попасть-то попал, но как теперь из неё выйти? Вот в чем вопрос, — отшутился прославленный литератор.

ПОЭТ И ЧАБАН

Эту историю, свидетельствующую о широте души и щедрости Мирзо Турсунзаде, я слышал от Народного поэта Таджикистана Кутби Кирома. Однажды устод вместе со своими друзьями и учениками вознамерился отдохнуть на живописном озере Искандеркуль. Дорога вела через Анзобский перевал, на вершине которого писатели увидели отару овец.

«А что, — радушно сказал Турсунзаде. — Давайте купим здесь барашка и потом сделаем хороший шашлык на озере. Плачу я».

Он велел остановить машину и сделал знак ехавшему с ним Кутби Кирому. Тот не заставил себя долго ждать и, выскочив на дорогу, подбежал к стоящему на обочине чабану. Кутби указал на крупного жирного барана и что-то сказал. Чабан утвердительно ответил, и они крепко пожали друг другу руки.

В эту минуту к ним подошли Мирзо Турсунзаде, Убайд Раджаб и Атахон Сайфуллоев.

— За сколько же ты купил барана, Кутби? — спросил Турсунзаде.

Услышав ответ, Убайд Раджаб схватился за голову.

— Да за такие деньги на душанбинских базарах двух баранов дают,  — съязвил он.

Кутби, не зная что возразить, смущённо молчал. Оказывается, чабан был узбек, он слишком загнул цену, а Кутби, не понимая языка, тут же согласился.

Узнав в чём дело, Мирзо Турсунзаде весело рассмеялся.

— Слово поэта — превыше всего, — сказал он. — Раз Кутби уже дал его, да ещё скрепил рукопожатием, не будем нарушать их торг.

С этими словами устод достал бумажник и протянул чабану деньги.

ДОБРАЯ ДУША

Как-то у нас получился разговор по душам с детским писателем и журналистом Мустафой Шарки, с книгами которого я был знаком со школьных лет. И хотя в тот день я ни разу не услышал от него сетований или жалоб, нетрудно было догадаться, что дела его плохи. Он нигде не работал, жил бобылём и, по всему видать, горе свое заливал вином. Как я понял с его слов, так продолжалось довольно долго. Шарки поведал, что стало известно об этом и Мирзо Турсун-заде. Встал вопрос об исключении Шарки из Союза писателей. Чёрные тучи сгустились над горемычным литератором.

— Узнав об этом, однажды рано утром я заявился к Турсунзаде,  — рассказал мне в тот день Шарки. — Вы знаете, мы земляки, оба из Каратага. Турсунзаде старше меня всего на 9 лет, но я сказал: «Отец! Если у меня отнимут и писательский билет, что у меня останется тогда?».

— После этого добродушный и отходчивый Мирзо Турсунзаде велел оставить меня в покое, — заключил свой рассказ Шарки.

РОЖДЕНИЕ ПОЭМЫ

В дни, когда весь Таджикистан готовился к празднованию 90-летия Мирзо Турсунзаде, в газетах и журналах в большом количестве появились научные и мемуарные публикации, посвященные жизни и творчеству выдающегося таджикского поэта. Я обратил внимание на небольшую статью в газете «Джавонони Тоджикистон», автором которой являлась сотрудница дома-музея М. Турсунзаде в Душанбе Махбуба Лукмонова. В громадной библиотеке поэта она обнаружила записную книжку, испещрённую арабскими буквами. Мирзо Турсунзаде, как и многие другие литераторы старшего поколения, свои записи предпочитал вести на привычной арабской графике.

Как выяснилось, эту записную книжку поэт завел в ноябре 1968 года, во время своей поездки в Индию, где ему вручили премию имени Джавахарлала Неру. Из кратких записей, сделанных на скорую руку, можно узнать о том, как сына таджикской земли, прославлявшего мир и дружбу между народами, с цветами встречали в аэропорту Палам, какой радушный приём в его честь устроили в отеле «Джаннатха».

Оказывается, главный герой известной поэмы М. Турсунзаде «От Ганга до Кремля» Раджа Чандра Пратан вовсе не вымышленное лицо, а историческая личность. В своё время он, узнав о свершении Великой Октябрьской революции в России, раздал своё богатство беднякам и отправился на встречу с Лениным.

Во время той поездки Мирзо Турсунзаде в городе Дехрадун познакомился с будущим героем своей поэмы и имел с ним обстоятельную беседу. Впечатления от этой незабываемой встрече нашли отражение в записной книжке поэта. По всей видимости, основа сюжета была уже заложена тогда.

НЕВОСПОЛНИМАЯ УТРАТА

В 1979 году Семён Липкин, известный поэт и переводчик, благодаря таланту которого увидело свет на русском языке множество произведений классиков персидско-таджикской литературы и современных поэтов Таджикистана, в том числе и Мирзо Турсунзаде, за участие в запрещённом альманахе «Метрополь» был обвинён в тяжком по тем временам грехе — космополитизме и подвергался гонениям со стороны властей. Его перестали печатать, критиковали на всевозможных собраниях. Друзья и товарищи опального поэта всячески пытались исправить положение и даже обращались к главному идеологу страны, всемогущему секретарю ЦК КПСС М. А. Суслову, но всё безрезультатно.

Мирзо Турсунзаде тогда уже не было в живых и, видя безысходность ситуации, великий Расул Гамзатов сокрушённо сказал:

«Жаль, что нет Мирзо. Вот кто наверняка сумел бы постоять за нашего друга».

Действительно, Мирзо Турсунзаде не только сопутствовала большая творческая слава, но он ещё как общественный деятель и член ряда международных организаций пользовался громадным авторитетом, в том числе у сильных мира сего.

Эта история описана в исповедальной книге «Что на сердце легло» Минеля Левина, продолжительное время работавшего вместе с Мирзо Турсунзаде в Союзе писателей Таджикистана.

ГОРДОСТЬ НАЦИИ

27 октября 2001 года на центральной площади Шахринавского района с утра царило необычное оживление. В тот погожий осенний день здесь по случаю 90-летия Народного поэта Таджикистана Мирзо Турсунзаде ему был открыт большой, во весь рост, памятник. Собралось много людей, в том числе были и гости из Москвы. Международное сообщество писательских союзов представляли профессор Шавкат Ниязи и Ринат Мухаммадиев. Кстати, Ниязи зачитал приветствие, которое прислал верный друг Мирзо Турсунзаде Расул Гамзатов, болезнь помешала ему приехать на торжество. Хорошо помню, с какой теплотой делился воспоминаниями об отце удивительно похожий на поэта его сын Масъуд Турсунзаде, смолоду определивший своим призванием нелёгкое и благородное дело — воспитание трудных подростков.

Все выступавшие отмечали огромный вклад М. Турсунзаде в развитие литературы, международное признание, говорили о многогранной общественной деятельности, которую он проводил на посту председателя Союза писателей Таджикистана (31 год) и Советского комитета защиты мира, о непреходящем значении его личности. Всё так. Мирзо Турсунзаде в полном смысле слова был народным поэтом, лауреатом Ленинской, а также многих других престижных премий, Героем Социалистического Труда, депутатом Верховного Совета СССР, академиком. Посмертно он наряду с С. Айни и Б. Гафуровым будет ещё удостоен и высокого звания Героя Таджикистана. Любой народ гордился бы таким сыном.

Как водится, после торжественной части был устроен пышный банкет, мы ещё раз убедились в гостеприимстве, которым славятся земляки Мирзо Турсунзаде, жители Гиссарской долины. Один за другим поднимались тосты, играла музыка, звучали стихи.

В это время мой слух уловил обрывки разговора, который происходил за соседним столом. Пожилой респектабельный человек, обращаясь к другому, сказал буквально следующее:

— Я, как и Турсунзаде, родом из Каратага, хорошо знал его. Авторитет Мирзо и впрямь был велик, возможности колоссальные. С ним считались руководители всех рангов, он мог уладить любой вопрос. Что правда, то правда. Но, скажите на милость, сделал ли он хоть что-нибудь для развития своего родного Шахринавского района? Абсолютно ничего. А ведь мог.

Помолчав, человек тот добавил:

— Жаль, конечно, но… — и, разведя руками, сокрушенно покачал головой.

В ту минуту меня тоже охватила жалость. Жалость к этому каратагцу, который не мог понять такую простую истину. А именно, что автор «Индийской баллады», «Голоса Азии» и «Хасана-арбакеша» принадлежит не только своему горному селению Каратагу, Шахринавскому району и даже Гиссарской долине, что Мирзо Турсунзаде является великим сыном Таджикистана и что своим могучим талантом он служил всей таджикской нации, всем народам земли, страстным словом призывая их к миру и согласию. Вспомним его проникновенные строки, звучащие как художественное и философское кредо Поэта:

«Везде и всюду мы ищем друзей,
Мир да лад — они всех нужней».

 

Источник: khovar.tj/rus/

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.