Заповедь архитектора Шукурова. Как внук известного академика увлекся наукой о пространстве

Оят Шукуров – архитектор и преподаватель архитектурной школы МАРШ в Москве, а также один из основателей архитектурного журнала. Он рассказал Your.tj почему решил стать архитектором и обучать молодых студентов, а также поделился впечатлениями о душанбинской архитектуре.

Недавно он приезжал в Таджикистан в качестве спикера на фестиваль GoViral Душанбе.

Крепкие корни

Оят Шукуров родился в семье историков. Его дед и бабушка также были связаны с гуманитарными и точными науками.

К примеру, дед — Мухаммаджон Шакури, известный академик, всю жизнь занимался исследованиями в области истории и литературы, а бабушка Клавдия Васильевна — учительница математики, с малых лет обучала внука азам геометрии и алгебры.

Именно этот сплав гуманитарных и точных наук повлиял на Оята в выборе будущей профессии, и он связал свою жизнь с архитектурой.

Мухаммаджон Шакури. Фото с сайта Радио Озоди

«Решение стать архитектором – результат семейной атмосферы, в которой я пребывал. Ведь именно архитектура — это та наука, которая находится на стыке человеколюбия, познания природы и технических ухищрений.

Мои родители думали, что я пойду по гуманитарной стезе. Но с детства я любил рисовать планы городов с домами, улицами и мостами. Поэтому на тот момент, когда я остановился перед сложным выбором будущей профессии, мне помог дядя — искусствовед Шариф Шукуров, и тогда я понял, что стоит попробовать себя в архитектуре», — рассказывает Оят.

Молодой человек поступил в Московский архитектурный институт, в котором проучился 6 лет. По его словам, уже работая и став успешным архитектором, он и по сей день неформально учится, занимаясь совершенствованием своего образования.

Архитектура строгого стиля

По словам Оята Шукурова, на его профессиональное становление повлияли такие выдающиеся личности как Луис Салливан и Фрэнк Ллойд Райт.

«Меня привлекли их размышления, видение мира. Опираясь на американскую философию XIX века, эти архитекторы исследовали границы человеческой свободы и связи с природой.

Их идеи, касающиеся самосознания, человеческой цельности, размышления относительно человека и природы были очень полезны для меня», — вспоминает Оят и между делом объясняет, что для него есть сама архитектура.

«Я воспринимаю архитектуру инструментально, и мне кажется, что она должна быть, в первую очередь, полезной, удобной и потому, красивой», — поясняет архитектор.

Фото с фестиваля GoViral

Оят отмечает, что сам лично придерживается в архитектуре строгого стиля.

«Скажу цитатой известного советского архитектора Ивана Александровича Фомина, — «Хорошая архитектура должна быть несколько скучна», и мне кажется, это самое правильное определение», — добавляет он.

По мнению архитектора, если исходить из разговора о природе и человеке, гораздо приятнее реализовывать архитектуру в более теплом, сбалансированном климате.

«Чем суровее климат, тем больше слоев конструкции приходится добавлять для удобства постройки и комфорта пользователя и это делает постройку менее ясной и честной с точки зрения конструкции и материалов.

Проблема построек в суровом климате заключается в том, что с добавлением слоев конструкции мы делаем здание менее «честным».

Например, то, что стена отделана кирпичом (и мы видим этот кирпич), совершенно не говорит о том, что конструктивно она сделана из кирпича. В архитектурной профессии традиционно считается правильным стремление к честности», — объясняет наш герой.

Свой журнал

Частые беседы об архитектуре и о разных ее аспектах привели Оята и его друзей к созданию корпоративного журнала «Абраксас».

«В какой-то момент мы осознали, что нашим беседам не помешает быть записанными в дневнике. Мы часто обсуждали одно и то же, и чтобы не повторяться в мыслях и рассуждениях, решили все это фиксировать, тем самым, позволяя при этом, генерировать новые темы», — отмечает он.

Журнал посвящен различным архитектурным работам как известных, так и специалистов-новичков в области поэтики, технологии и архитектурной теории.

Преподавательский опыт

Оят Шукуров не только архитектор и один из руководителей архитектурного бюро ХОРА в Москве, но и преподаватель. Вместе со своим деловым партнером и коллегой Михаилом Микадзе, а также и другими сотрудниками архитектурного бюро, он преподает всем желающим найти себя в архитектуре.

Фото с фестиваля GoViral

«Оглядываясь назад, я вижу свой путь цельным и последовательным, и теперь трудно вспомнить, с чего все началось», — объясняет он свой путь в образовательную систему.

Оят признается, что преподавательский опыт был для него нелегок, но это занятие приносит ему большое моральное удовлетворение.

«В моей преподавательской работе зачастую имеют место горькие моменты, но в то же время есть и радостные: это связано с осознанием того, что студенты в процессе такого обучения узнают что-то новое и прогрессируют. Это очень приятно и воодушевляет на продолжение моей работы», — комментирует наш герой.

«В среднем, выпускаем по 10-15 студентов в год. И это очень приятно, ведь «в свет» выходят люди, с которыми мы в той или иной степени уже являемся единомышленниками, говорим на одном языке, с которыми у нас выстраиваются близкие идейные системы», — отмечает он.

Так же Оят успел поработать педагогом в Британской Высшей Школе Дизайна, которая считается авторитетным учебным заведением для подготовки архитекторов.

Что особенно примечательно в этом учебном заведении, так это четкая система административного устройства, в которой преподаватели отвечают только за академическую сторону, то есть обучение, что позволяет им сосредоточиться на своем предмете, максимально передавая имеющиеся знания без отвлечения на посторонние обязанности. Такая система в значительной степени присутствует и в МАРШ.

Вместе с коллегами из архитектурного бюро «Хора»

Исмаилитский центр – лучший в Душанбе

Когда мы попросили архитектора назвать лучшее архитектурное сооружение нашей столицы, он ответил, что трудно выбрать что-то одно, так как «в Таджикистане есть несколько зданий, в которых сочетаются техническая продвинутость и художественная ценность, а также учтено пространство».

Одним из таких мест, по мнению Оята является Исмаилитский центр в Душанбе.

«Это здание по устройству и использованным в строительстве материалам, спроектировано с осознанием контекста особенностей Средней Азии и культуры таджиков и не столько копирует традиционные формы, сколько интерпретирует их и развивает.

Это новая ступень развития среднеазиатской общественной архитектуры. Это здание совершенно естественно встраивается в историческую последовательность архитектурных памятников», — поясняет наш герой и отмечает, что такого результата удалось достичь, благодаря напряженной командной работе.

«Это сложная система факторов (художественных, экономических, функционально-логистических, строительных). Именно балансирование этих факторов позволяет сооружению работать как единое целое.

Я вижу, сколько сил было вложено в это здание: и интеллектуальных, и технических со стороны тех же архитекторов, строителей-подрядчиков, поставщиков оборудования и т.д. Люди поработали на славу и на это здание приятно смотреть», — говорит он.

К слову, Оят сам спроектировал и возвел монумент на могиле своего знаменитого деда Мухаммаджона Шакури, который установлен в Лучобе.

Изменение облика города — неизбежно

Оят признается, что не был в Душанбе пять лет и за эти годы облик столицы сильно изменился.

«Я выделю две плоскости оценки изменений – эмоционально-интуитивную и интеллектуальную, — говорит он. — В интуитивном измерении, мне очень жаль, что Душанбе так разительно изменился и многие знакомые места уже не узнать.

Человеческая память устроена так, что многие события мы запоминаем и впоследствии вспоминаем, благодаря видам, запахам, ощущениям, звукам – определенным состояниям, связанным с пространством, в котором события имели место быть.

У каждого человека, наверное, есть такие места (в городе или в селе, не имеет значения), в которых произошло что-то важное – знакомство с каким-то дорогим человеком, осознание чего-нибудь важного или какое-либо незабываемое событие».

Таким образом, по словам архитектора, фрагмент какого-то определенного места в городе связан с событиями, а они определяются зданиями, деревьями, фонтанами, инфраструктурой или даже, например, тем, как свет проходит сквозь листья, как падают тени, как стучит дождь по крышам. Именно эти состояния пространства оказываются ключами, которые открывают наши воспоминания.

«Важно, чтобы пространство, в котором живет человек, могло обратить его к опыту, как приятному, так и поучительному. Те моменты, когда город меняется большими темпами и огромными фрагментами пространства, которые могли вызывать эмоции, остаются только в памяти, а ключей, чтобы извлечь их из памяти, уже нет», — объясняет Оят.

По мнению архитектора, с точки зрения психологического состояния жителей, их возможности ощутить себя в своей, непрерывной и хоть сколько-нибудь старой культуре в целом, это плохо.

Между тем, в интеллектуальном измерении большую роль играют не личные ощущения и абстракции, а факты, связанные например, с экономикой.

«Город перестраивается и становится живее, он становится удобнее для людей: советские застройки не были предназначены для капиталистических отношений, большого количества объектов бизнеса, торговли, кафе и ресторанов.

В большинстве новых построек теперь площадь первых и иногда вторых этажей отдается в аренду предпринимателям под их бизнес. Это неизбежное и естественное изменение любого городского пространства, в особенности, города, вся застройка которого относится к советскому периоду, к плановой экономике и совершенно другому количеству торговых пространств. И это, на мой взгляд, хорошо», — считает Оят Шукуров.

Наряду с этим, по мнению архитектора, недостатки советского градостроительства можно было исправлять более осторожными методами, проводить более серьезную оценку культурной значимости памятников с привлечением экспертов, с оценкой экономических возможностей по их повторному использованию.

«Сейчас же, казалось бы, правильные во многих смыслах изменения ведутся без должного планирования. И в этом есть как минусы, так и плюсы», — заключает он.

Объект-фаворит

Проект, который Оят особенно выделяет среди тех работ, над которыми он трудился – это здание Национальной библиотеки Республики Татарстан в Казани.

Обновленная библиотека в Казани

«Наше бюро приступило к работе над проектом на ранней стадии. Сперва мы участвовали в разработке технического задания, которым в первую очередь занимались специалисты московской Центральной библиотеки им. Н.А. Некрасова, затем мы разрабатывали проект по этому техническому заданию, а после этого мы уже перешли к строительству.

Обновленная библиотека в Казани

В этом проекте было задействовано большое количество специалистов, где каждый прикладывал большие усилия, чтобы он был хорошо выполнен. Теперь, когда библиотека заработала и там всегда можно увидеть читающих людей, и практически, там нет свободных мест, это означает, что людям здесь нравится, они с удовольствием, а главное, с пользой, проводят здесь время.

Приятно осознавать, что наш труд оценен людьми и от пребывания в библиотеке они получают удовольствие», — отмечает Оят.

Бывшее здание музея Ленина было реконструировано для библиотеки в ускоренном режиме и процесс от проектирования до строительства и затем, и открытия занял 14 месяцев. Хотя в нормальном темпе такая работа занимает не меньше двух лет.

А одним из самых неординарных проектов, над которым пришлось работать Ояту Шукурову, стала инсталляция-павильон в Тбилиси, построенная в 2018 году.

Хухула. 2018, Тбилиси.
Инсталляция для первой биеннале архитектуры в Тбилиси под названием «Только зданий недостаточно» представляет собой манифест архитектуры без архитектора, вынесенный в общественное поле.

«Хитрость» архитекторов заключалась в том, что строителям предстояло получать задания о строительстве в устной форме, без чертежей и, безусловно, это было для них непривычно, и несколько беспокойно.

«Таким образом, у нас выработался опыт работы без чертежей, мы работали только объясняя словами, как и где надо строить. Это был опыт взаимодействия с людьми, которым каждая сторона осталась довольна. В итоге — строители вошли «во вкус» и самостоятельно, по своему усмотрению построили павильон. Это был незабываемый опыт для каждого из нас», — вспоминает он.

Архитектурные будни

«Чтобы разработать хороший проект, архитектору необходимо знать, где найти таких людей, которые помогут ему в реализации проектного замысла. Безусловно, проектирование — это командная работа», — считает наш герой.

По его словам, если надо построить что-нибудь, первым делом, надо определить, для чего это нужно и нужно ли это в принципе, каких размеров будет объект и главное — сколько все это будет стоить.

«Необходим баланс ощущений, конструкции, денег, чтобы все это было построено», — отмечает архитектор и объясняет, что многие проекты, к сожалению, страдают и плохо реализуются из-за неправильного администрирования.

«Затем уже понадобится более углубленный анализ, какие будут помещения, сколько там будет находиться людей, как они будут связаны друг с другом, как отделены друг от друга и т.д. После вся эта информация сводится воедино, и становится ясно, какого размера получится здание, сколько оно будет стоить, сколько времени займет возведение и прочие подробности. Только после всего этого архитектор приступает к проектированию», — говорит он.

Уже во время строительства объекта архитектор тщательно следит за ходом стройки, чтобы все было по проекту. Бывают случаи, когда со стороны заказчика в процессе строительства появляются какие-то новые идеи или дополнения, и необходимо их правильно разработать и внести в проект, что так же ложится на плечи архитектора. Но и это еще не конец.

После того как здание вводится в эксплуатацию, (каким бы хорошим ни был архитектор и его специалисты), может оказаться так, что что-то было построено не так, как хотелось бы и желательно эти ошибки исправить сразу после начального периода эксплуатации.

«Поэтому работа архитектора начинается очень рано и практически никогда не заканчивается», — добавляет Оят.

Издержки профессии

Минусом в работе архитектора, по мнению Оята Шукурова, является то, что он работает «не на своем поле», практически, он взаимодействует с природой и находится всегда в заведомо проигрышном положении. Потому что, несмотря на разработку и осуществление проекта, которые занимают очень много времени и усилий, архитектору всегда приходится мириться с законами природы.

«Также как и любой другой человек, архитектор должен обладать образованностью, терпимостью и человеколюбием, то есть толерантностью», — добавляет Оят.

«Будущему архитектору, который только вышел из стен вуза или находится на каникулах, я бы посоветовал устроиться в компанию, которая занимается строительством или позволяет часто бывать на стройке. Можно и самому поработать строителем, чтобы понимать, как все устроено изнутри», — рекомендует Оят.

Все это, по его мнению, поможет молодому архитектору хорошо разбираться в тонкостях своей работы и более рационально продумывать каждую деталь в своем проекте.

О чем же мечтает наш герой?

«О том, чтобы люди были более образованными и терпимыми друг к другу. Это самое главное. Все остальное, в том числе, архитектура, это просто следствие», — отмечает Оят.

Карина и Нигина Олимовы, специально для Your.tj

Сообщение Заповедь архитектора Шукурова. Как внук известного академика увлекся наукой о пространстве появились сначала на YOUR.

Источник: Your.tj

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.